З. Баева

Дайте детству состояться

Дайте детству наиграться,
Вдоволь, досыта не вкратце,
Дайте дождиком умыться,
Дайте как цветку, раскрыться.
Душу детскую щадите,
Пуще глаза берегите,
Зря за шалость не корите,
Ни родитель, ни учитель.

В. Степанова

Праздник солнечного света

Первый день июня – это
Наступило снова лето.
Пусть от края и до края
Расцветёт земля большая,
Станет крепче и теплей
Дружба взрослых и детей.
Первый день июня – это
Песня звонкая запета.
Голубь в небе голубом
Машет радостно крылом.
Машет мы ему в ответ:
«Детям мира наш привет!»
Первый день июня – это
Улыбается планета.
В лес по ягоды идёт,
Молоко парное пьёт.
Говорят в любой стране:
Миру – «Да» и
« Нет» - войне.
Первый день июня – это
Праздник солнечного света.
Пусть на всей большой земле,
Как в одной большой семье,
Как у нас в стране Советской,
Охраняют люди детство!

А. Пшеничный

Говорят: доверчивы, как дети.

Говорят: доверчивы, как дети.
Говорят: нет горя у детей …
Но на фотографии в газете –
Девочка с культями до локтей.
Полными отчаянья глазами
Смотрит удивленно на люде:
Вы же говорили это сами –
Не бывает горя у детей.
… Били неразборчивые пушки.
Падали десанты на Бейрут.
И валялись детские игрушки
В городе горящем
Там и тут.
Как они заманчиво сверкали!
И смолкал лишь вражеский налет.
Из подвалов душных выбегали
Дети – непоседливый народ.
И кричала старая ливанка.
И в больницах плакали врачи:
Разрывалась подлая приманка –
Куклы, самокаты и мячи …
Говорят: доверчивы, как дети …
Но сжимает сердце от вестей,
Что спокойно рыщет
по планете
В наши дни охотник на детей.
Рыщет он, как призрачная
нечисть,
Душит,
Не жалея никого.
И не ночевала человечность
В человечьем облике его!
Он начинит мячики тротилом,
В куклы динамита вновь набьет,
И застонут Сабра и Шатила.
И в газеты снимок попадет.
Но от одного ему не спится
В пропасти, где кости стелют дно:
Не простит грядущее убийцу –
Дети ведь с грядущим заодно!

Бемурза Тхайцухов

Карапуз

Карапуз носился резво.
Прыгал и смеялся громко.
Вдруг стеклом ступню порезал –
И заплакал горько-горько.

Я бросаюсь к мальчугану,
Перевязываю рану,
Утешаю горячо я,
Яблоко дарю большое…

Слышу звонкий смех опять я!
Мне завидно. Где ты, детство?
О, мои колючки в пятках,
Вы теперь кольнули в сердце!

Чтоб на миг к смешным, невзрослым,
К милым дальним дням умчаться,
Сапоги готов я сбросить,
По колючкам пробежаться.

Нуры Байрамов
(перевод с туркменского Владимира Орлова)

Свет над землёй

Утреннее солнышко
Озаряет сад.
Красные гранаты
На ветвях висят.
И, купаясь в тёплом
Золотистом свете,
Зреют апельсины –
Солнечные дети.
Накопился в дынях
Летнею жарой
Сладкий и душистый
Сок под кожурой.
Возле новой школы,
Строен и высок,
К солнцу поднимается
Тонкий тополёк.
И растут под солнышком
В ласковом тепле
Мальчики и девочки
На родной земле.

Кайсын КУЛИЕВ

Песня о детстве

Время, время, никуда
От тебя не деться!
Как орлёнок из гнезда
Вылетело детство.

До сих пор сдаётся мне,
Как оно несётся
В сумасшедшей вышине,
Ошалев от солнца.

И гляжу я вслед с тоской
Моему орлёнку,
И машу ему рукой,
И кричу вдогонку.

Детство, детство! Отзовись!
Признавайся, где ты?!.
А пред ним сияла высь,
Ширились рассветы,

Розовели гребни гор,
Дали голубели.
Был ему родной простор
Вместо колыбели.

Для подушек – облака,
Тучи – для пелёнок.
Отзовись издалека,
Горный мой орлёнок!

Ходят волны по реке,
И плеснулась рыба…
Отзовётся вдалеке –
И на том спасибо!

А на встречу, милый друг,
Больше не надейся.
Не заметил, как из рук
Упустил я детство.

Упустил – и поделом.
Сразу улетело,
Лишь окрепнувшим крылом
По лицу задело.

Не страшит его гроза,
Не пугают бури.
И полны его глаза
Солнца и лазури.

Кайсын КУЛИЕВ

Дети спят

Тихо, дети спят под отчим кровом,
Не боясь ни горя, ни разлук,
На заре покажется им снова
Новым дом, и двор, и всё вокруг.

Будет утро, громко скрипнут двери,
И щебечущая детвора,
Может быть, заставит нас поверить,
Что земля, пожалуй, не стара.

Побегут за бабочками дети,
Щурясь от сплошной голубизны,
Так как будто бы на белом свете
Нет нигде ни смерти, ни войны.

Дети побегут, им будет ново
Всё, что только ни увидит глаз,
Как впервые сказанное слово
Или песнь, что спета в первый раз.

Ночь, короткая в разгаре лета,
Хоть ты звёздна, не видать ни зги.
Дети спят, и ты хоть до рассвета
Дай им спать, покой их сбереги.

Расул Гамзатов.

Детство

Детство моё, ты в горах начиналось,
Но я простился с землёю родной,
И показалось мне: детство осталось
В крае отцовском, покинутом мной.

Ине показалось, что, умный и взрослый,
Глупое детство оставил, а сам
Туфли надел я, чарыки я сбросил
И зашагал по чужим городам.

Думал я: зрелостью детство сменилось.
Слышалось мне: грохоча на ходу,
С грохотом арба по дороге катилась,
Лента мелькала, и время кружилось,
Словно волчок на расчищенном льду.

Но, завершая четвёртый десяток,
Взрослым не стал я, хоть стал я седым.
Я, как мальчишка, на радости падок,
Так же доверчив и так же раним.

Раньше я думал, что детство – лишь долька
Жизни людской. Но клянусь головой,
Жизнь человека – детство, и только,
С первого дня до черты роковой!

Николай Ананьченко

Живые игрушки

Мне точно известно, я в этом уверен:
Игрушки живые. И куклы, и звери,
И даже машинки, и мячики тоже,
И даже мой старый резиновый ёжик.

Когда засыпаю я в тёплой кроватке,
Игрушки играют в любимые прятки.
Под тумбочку прячется теннисный мячик,
А тот, что побольше – на шкаф, не иначе.

А плюшевый грозный усатый пират
На волю из комнаты вырваться рад.
На кухонный шкаф залетел самолётик
И думает: «Здесь вы меня не найдёте!».

Хитрюги машинки – одни под диваном,
Другие попрятались даже под ванну.
И утром, лишь только заправлю кровать,
Приходится мне все игрушки искать.

Но это не я их везде разбросал,
Игрушки живые, ведь я вам сказал.

Николай Ананьченко

Мой друг

Живёт у меня на диване медведь.
Он, правда, совсем не умеет реветь.
Он даже ходить не умеет,
Зато никогда не болеет.
А если мне грустно, к нему я прижмусь,
И тут же уходят и скука и грусть.
Мы дружим с медведем давным-предавно,
Играем, а в дождичек смотрим в окно.
Ему я читаю вслух разные книжки…
Мой добрый, мой мягкий, мой плюшевый мишка.