Иван Кашпуров
Гость
Не узнал я дядю Костю. К нам пришёл военный в гости. «Дядя Костя, это ты ли?» «Константин, - поправил он, - Разве ты меня, Василий, Узнаёшь лишь без погон!» А на нём – погоны с лычкой (Мне б такие поносить!) Говорит: «Служу отлично, Прибыл в отпуск погостить…» Он суровым стал на вид –Служба, знать такая – И не «здравствуй» говорит, А «здравия желаю». Он ладонь – под козырёк И пошёл к соседу… Так и я, конечно б, смог, Да фуражки нету.
Иван Кашпуров
Почтальон
Из каких – непонятно – расселин Вдруг возник в моей памяти он, Дед Василий Прокофьевич Селин, Довоенных годов почтальон. Но – возник! Бородищи лопата, Сбоку сума на тканом ремне, И письмо от братана-солдата подаёт голопятому – мне. Молвит: «Вижу, по братке скучаешь!.. Ну, бывай!.. А папашке – поклон!..» И, ногами два солнца вращая, Мчит по улице дед-почтальон. Много лет он ходил в почтальонах, Хоть у лет его крут был подъём.Всю станицу он знал поимённо, И станица всё знала о нём. Но однажды в нардоме дощатом, Где собрался весь праздничный люд, Премирован он был самокатом За ударный стахановский труд. Как учился крутить он педали, Как не раз набивал синяки, – Незлобиво шутя, обсуждали Доброхоты его, земляки. Но добился дед Селин – поехал! Высыпает народ со двора. А по улице с криком и смехом Мчит ватагой за ним детвора. И теперь вот, два солнца вращая, В мою память врывается он – Весть из детства, из синего края Мне доставить спешит почтальон.
Иван Кашпуров
Руки сталевара
Я разных рук видал немало: И щедрых очень, и скупых, И беспокойных, и усталых, Безвольных, властных, даже злых. Встречал немало их, забытых, Холодных, жёстких, как метал. Но вот таких больших, открытых, Таких надёжных не видал. Они лежат, к огню привычны, Как два огромные ковша. В них нет изящности античной – Есть ум, есть совесть, есть душа! Они могли б мостить дорогу И землю чёрную пахать, И за черешней тонконогой Могли б ухаживать… Как знать, - Могла судьба сложиться разно, Когда б гудки не звали вдаль, Когда б решительно и властно Их не потребовала сталь!
Иван Кашпуров
Гость
Не узнал я дядю Костю. К нам пришёл военный в гости. «Дядя Костя, это ты ли?» «Константин, - поправил он, - Разве ты меня, Василий, Узнаёшь лишь без погон!» А на нём – погоны с лычкой (Мне б такие поносить!) Говорит: «Служу отлично, Прибыл в отпуск погостить…» Он суровым стал на вид –Служба, знать такая – И не «здравствуй» говорит, А «здравия желаю». Он ладонь – под козырёк И пошёл к соседу… Так и я, конечно б, смог, Да фуражки нету.
Иван Кашпуров
Почтальон
Из каких – непонятно – расселин Вдруг возник в моей памяти он, Дед Василий Прокофьевич Селин, Довоенных годов почтальон. Но – возник! Бородищи лопата, Сбоку сума на тканом ремне, И письмо от братана-солдата подаёт голопятому – мне. Молвит: «Вижу, по братке скучаешь!.. Ну, бывай!.. А папашке – поклон!..» И, ногами два солнца вращая, Мчит по улице дед-почтальон. Много лет он ходил в почтальонах, Хоть у лет его крут был подъём.Всю станицу он знал поимённо, И станица всё знала о нём. Но однажды в нардоме дощатом, Где собрался весь праздничный люд, Премирован он был самокатом За ударный стахановский труд. Как учился крутить он педали, Как не раз набивал синяки, – Незлобиво шутя, обсуждали Доброхоты его, земляки. Но добился дед Селин – поехал! Высыпает народ со двора. А по улице с криком и смехом Мчит ватагой за ним детвора. И теперь вот, два солнца вращая, В мою память врывается он – Весть из детства, из синего края Мне доставить спешит почтальон.
Иван Кашпуров
Руки сталевара
Я разных рук видал немало: И щедрых очень, и скупых, И беспокойных, и усталых, Безвольных, властных, даже злых. Встречал немало их, забытых, Холодных, жёстких, как метал. Но вот таких больших, открытых, Таких надёжных не видал. Они лежат, к огню привычны, Как два огромные ковша. В них нет изящности античной – Есть ум, есть совесть, есть душа! Они могли б мостить дорогу И землю чёрную пахать, И за черешней тонконогой Могли б ухаживать… Как знать, - Могла судьба сложиться разно, Когда б гудки не звали вдаль, Когда б решительно и властно Их не потребовала сталь!
Вениамин Ащеулов
Кто такой он, стоматолог?..
Кто такой он, стоматолог? Зубы целы, в два ряда, – Кто такой он, стоматолог? – И не знают иногда. Кто такой он, стоматолог? –Если нервы, – что клубок, И твой путь мучений долог, Стоматолог – это бог! Я себя возьму к примеру: Жил средь песен и забав, Верил в разные химеры И не думал о зубах. Но однажды, правый боже, Что ты делаешь со мной? Будто мне вонзили ножик В этот самый коренной! Свет небесный помутился, Предо мной уже ни зги, Будто корень зуба впился В воспалённые мозги!Будто черти в хороводе Дико пляшут и ревут, Будто тысячи уродин Те мозги на части рвут! Путь мучений был недолог, Мне ж казалось – длился век! А спаситель? – Стоматолог, чудотворный человек! Удалили нерв. Коронку насадили мне на зуб. Я пою, как прежде, звонко, Груши сочные грызу. Чуть рукой коронку трону – Снова радость без конца. Золотую б вам коронуВместо белого чепца!
Вениамин Ащеулов
Актёр
Важны ли ранги для актёра – Будь это нищий иль король? Важней в игре не знать повторов – Повторы часто губят роль. А рядом с вечным ожиданьем, С мечтой о чём-то громовом – Огромный зал, рождая тайну, Застыл в молчаньи гробовом. Он не простит актёру фальши, Где жить ему иль умирать, – И чуть актёр сфальшивил – дальше Уже бессмысленно играть. Но есть такой порыв в искусстве Средь озарений дорогих – Желание изведать чувство, Что вызвать хочется в других. Заворожённый тем порывом, Актёр пылает изнутри. И сразу, будто грохот взрыва, Зал рукоплещет – повтори! А он сгорел. И только тело Ещё подвластно крику: «Бис!» И он с душою опустелой Уходит в марево кулис.
Иван Кашпуров
Руки сталевара
Я разных рук видал немало: И щедрых очень, и скупых, И беспокойных, и усталых, Безвольных, властных, даже злых; Встречал немало их забытых, Холодных, жёстких, как металл. Но вот таких больших, открытых, Таких надёжных – не видал. Они лежат, к огню привычны, Как два огромные ковша. В них нет изящности античной –Есть ум, есть совесть, есть душа! Он могли б мостить дорогу, Поля колхозные пахать И за черешней тонконогой Могли б ухаживать. Как знать, -Могла судьба сложиться разно, Когда б гудки не звали вдаль, Когда б решительно и властно Их не потребовала сталь!
Любовь Шубная
Когда я вырасту
Когда я вырасту, я стану режиссёром – Сниму друзей, цветущие поля, И города, и маленькие сёла, И вдоль степной дороги тополя. Быть режиссёром – дело непростое! Включаю лампы… Камера! Мотор! Я репетирую. Мне дедушка весною В сарае кинокамеру нашёл. Она, конечно, ржавая такая, Состарилась за восемьдесят лет. Дедуля говорит: – Она снимает, Но плёнки для неё в продаже нет… Когда я вырасту и стану режиссёром, То обязательно все съёмки повторю И покажу вам города и сёла, Рассвет в горах, вечернюю зарю…
