Михаил Матусовский

С чего начинается Родина?

С чего начинается Родина?
С картинки в твоём букваре,
С хороших и верных товарищей,
Живущих в соседнем дворе.
А может, она начинается
С той песни, что пела нам мать,
С того, что в любых испытаниях
У нас никому не отнять.

С чего начинается Родина?
С заветной скамьи у ворот,
С той самой берёзки, что во поле,
Под ветром склоняясь, растёт.
А может, она начинается
С весенней запевки скворца
И с этой дороги просёлочной,
Которой не видно конца.

С чего начинается Родина?
С окошек, горящих вдали,
Со старой отцовской будёновки,
Что где-то в шкафу мы нашли.
А может, она начинается
Со стука вагонных колёс
И с клятвы, которую в юности
Ты ей в своём сердце принёс…

С чего начинается Родина?..

Николай Языков

***

Мой друг! Что может быть милей
Бесценного родного края?
Там солнце кажется светлей,
Там радостней весна златая,
Прохладней лёгкий ветерок,
Душистее цветы, там холмы зеленее,
Там сладостней журчит поток,
Там соловей поёт звучнее,
Там всё нас может восхищать,
Там всё прекрасно, там всё мило,
Там дни, как молния летят,
Там нет тоски унылой,
Там наше счастие живёт,
Там только жизнью наслаждаться!

Николай Рубцов

Звезда полей

Звезда полей во мгле заледенелой,
Остановившись, смотрит в полынью.
Уж на часах двенадцать прозвенело,
И сон окутал родину мою…

Звезда полей! В минуты потрясений
Я вспоминал, как тихо за холмом
Она горит над золотом осенним,
Она горит над зимним серебром…

Звезда полей горит, не угасая,
Для всех тревожных жителей земли,
Своим лучом приветливым касаясь
Всех городов, поднявшихся вдали.

Но только здесь, во мгле заледенелой,
Она восходит ярче и полней,
И счастлив я, пока на свете белом
Горит, горит звезда моих полей…

Фёдор Тютчев

***

Умом Россию не понять,
Аршином общим не измерить:
У ней особенная стать –
В Россию можно только верить.

Фёдор Тютчев

***

Эти бедные селенья,
Эта скудная природа –
Край родной долготерпенья,
Край ты русского народа!

Не поймёт и не заметит
Гордый взор иноплеменный,
Что сквозит и тайно светит
В наготе твоей смиренной.

Удручённый ношей крестной,
Всю тебя, земля родная,
В рабском виде царь небесный
Исходил, благословляя.

Николай Рубцов

Ночь на Родине

Высокий дуб. Глубокая вода.
Спокойные кругом ложатся тени.
И тихо так, как будто никогда
Природа здесь не знала потрясений!

И тихо так, как будто никогда
Здесь крыши сёл не слыхивали грома!
Не встрепенётся ветер у пруда,
И на дворе не зашуршит солома,

И редок сонный коростеля крик…
Вернулся я, – былое не вернётся!
Ну что же? Пусть хоть это остаётся,
Продлится пусть хотя бы этот миг,

Когда души не трогает беда,
И так спокойно двигаются тени,
И тихо так, как будто никогда
Уже не будет в жизни потрясений,

И всей душой, которую не жаль
Всю потопить в таинственном и милом,
Овладевает светлая печаль,
Как лунный свет овладевает миром…

Николай Рубцов

На Родину!

Во мгле, по холмам суровым, –
Без фар не видать ни зги, –
Сто километров с рёвом
Летели грузовики,
Летели почти по небу,
Касаясь порой земли.
Шофёры, как в лучший жребий,
Вцепились в свои рули,
Припали к рулям, как зубры,
И гнали – в леса, в леса! –
Жестоко оскалив зубы
И вытаращив глаза…
Я молча сидел в сторонке,
Следя за работой мужчин
И радуясь бешеной гонке
Ночных продуктовых машин.
Я словно летел из неволи
На отдых, на мёд с молоком…
И где-то в зверином поле
Сошёл и пошёл пешком.

Платон Воронько

Лучше нет родного края

Жура-жура-журавель!
Облетал он сто земель.
Облетал, обходил,
Крылья, ноги натрудил.

Мы спросили журавля:
– Где же лучшая земля? –
Отвечал он, пролетая:
– Лучше нет родного края!

Вениамин Ащеулов

* * *

Вновь плывут голубые туманы
По низинам родимых полей,
И летят в чужерземные страны
Караваны седых журавлей.
Тают в мареве дымки далекой
Улетающих птиц косяки
И разносятся в небе высоком
Отголоски прощальной тоски.
Неужели я верил когда-то,
Жадно слушая птиц голоса,
Что за дальним степным перекатом
Ждет их мир, где царят чудеса?
Птицы, птицы, я вас понимаю,
Нелегко приходилось и мне:
Сколько раз по родимому краю
Тосковал я в чужой стороне.
Снились мне не иранские розы
На пропахшем картечью снегу –
Снились русские наши березы
На весеннем крутом берегу.
И приволжские вольные песни
Без конца мне звенели в пути.
Оттого, что просторов чудесней,
Чем в России моей, не найти.

Вениамин Ащеулов

Сибирские пельмени

Как видно, был на выдумки горазд
Тот кулинар кержацких поселений,
Что преподнес к обеду в первый раз
Отменные сибирские пельмени.
И вроде немудреная еда,
И вовсе не изысканное блюдо,
Но вот идут года и, как всегда,
Пельмени – вроде праздника у люда.
Мне край сибирский дорог без прикрас.
Бывал я в Томске и бывал в Тюмени,
И сердцем умилялся всякий раз
От этих фраз: «Мы ждем вас на пельмени».
Особо те мгновения милы,
Когда прикован взгляд к секундной стрелке.
Все ждут.
И вот они из шабалы,
Дымясь, плывут в глубокие тарелки.
Ты ешь и ешь.
Хозяйке же тебе
Все подсыпает свеженьких – в нагрузку.
И сытым духом веет по избе
В слиянии с торжественностью русской.
Я по земле немало колесил,
Езжал я на оленях и верблюдах,
Немало бед и радостей вкусил,
Не говоря уже о разных блюдах.
И зря бы я восторга не исторг,
Кочуя п местам иноплеменным,
Но разве можно утаить восторг
При ощущеньи запахов пельменных.
Их появленье гордая душа
Воспринимает с радостью и грустью.
И песня о раздольях Иртыша
В тебя вплывает необъятной русью.
И слышишь бубенцы России всей
Без удержу в метель летящих троек.
И тут же рядом Обь и Енисей
Встают в огнях кипучих новостроек.
И как тут не воскликнуть: - Да, горазд
Был кулинар кержацких поселений,
Что преподнес к обеду в первый раз
Отменные сибирские пельмени!