Хосе де Эспронседа (перевод П. Грушко)
ПЕСНЬ ПИРАТА
На бортах - по десять пушек, паруса под ветром свежим над морским царят безбрежьем –бригантину вдаль несут.На носу - корсар суровый, нареченный кличкой «Дьявол», нет морей, где он не плавал, правя свой пиратский суд!За кормой луна мерцает серебром на зыбкой сини, стонет ветер в парусине, беспокоен волн разгул,слева берег европейский, азиатский берег справа, и поет разбойник браво, грозно глядя на Стамбул:«Парус мой, пари в лазуриголубой!В море ни враги, ни бури,ни томительные штилипуть тебе не преградили,верх не взяли над тобой!Двадцать бригов мы отбилиу флотильиангличан, мне неслисвои знаменадля поклонасотни стран.Мне корабль - дороже злата, грозный ветер - мне судья, воля - божество пирата, в море - родина моя.За клочок земли далекойкоролив битве сходятся жестокой.Я - владею невозбранновсею, ширью океана,где бессильна власть земли.Не найтитакого порта, замка, форта, где бы враг стал палить себе на горе, видя в море черный флаг.Мне корабль - дороже злата, грозный ветер - мне судья, воля - божество пирата, в море - родина моя.Только крик раздастся: «Судно!» -видит Бог,от корсара скрыться трудно: я - монарх державы этой, убегаешь - не посетуй: приговор мой будет строг.Всё добытоена местечесть по честия делю,лишь красавицейделитьсяне годитсякоролю.Мне корабль - дороже злата, грозный ветер - мне судья, воля - божество пирата, в море - родина моя.Принужден властями втуне я к петле,Верю я моей фортуне! А судью - не пожалею, вздерну я его на рею у него на корабле.Не страшится смертной доли,кто в неволе пожил всласть, кто однажды сбросил путы, казни лютой не боясь.Мне корабль - дороже злата, грозный ветер - мне судья, воля - божество пирата, в море - родина моя.Всех напевов мне милее норда рев,треск снастей и скрежет реи, завывание стихии, черных волн грома глухие, грозный гул моих стволов!Что мне грохот небывалый, буря, шквалы, ветра стон, -под тайфуна свист разбойный я спокойный вижу сон.Мне корабль - дороже злата, грозный ветер - мне судья,воля - божество пирата, в море - родина моя».
Рубен Дарио (перевод А. Голембы)
ПИРАТЫ
Последний гвоздь вгони » обшивку. Бьет По звучным доскам исполинский молот. Уже в снастях блуждает ветра холод. Пираты! Час отплытья настает!Тритон под острым килем выю гнет, И вечер вспышкой молнии расколот, В мгновенном свете лик химеры золот, Улыбка грома к алебарде льнет.Но палубе поют пираты хором, -Над ними робким пламенеть аврорам, -Они услышат зорю поутру.Пусть грянет cлaвa рыцарям Борея: Их алый флаг горит, в лазури рея, Кровавой птицей на крутом ветру!
Бертольт Брехт (перевод Д. Самойлова)
БАЛЛАДА О ПИРАТАХ
1Осатанев от тьмы и водки, Промокнув в пекле диких гроз, Сорвав морозной ночью глотки На марсе, белом, как мороз;Под солнцем голы, как ладонь, Перенеся жару, как тиф, Пройдя сквозь голод боль и вонь, Орали те, кто еще жив:О, неба синего настой! Дуй, ветер, в парус! Всё к чертям! Но ради Девы Пресвятой Оставьте только море нам! 2 Ни поле, ни луна над домом, Ни туз бубновый, ни кабак, Ни танцы с бабами и ромом Их не удержат - всё пустяк. Обрыдли драки по притонам, Воротит душу от бабья. Им нужен, родины лишенным, Лишь борт родного корабля. О, неба синего настой! Дуй, ветер, в парус! Всё к чертям! Но ради Девы Пресвятой Оставьте только море нам! 3Всех крыс его и все изъяны, Его нутро, его чуму Они ругали, когда пьяны, Но были верными ему. Прикручивали волосами Себя к снастям в дни непогод. Они б спознались с небесами, Когда б там был небесный флот.О, неба синего настой! Дуй, ветер, в парус! Всё к чертям! Но ради Девы Пресвятой Оставьте только море нам! 4Шелка, парча - им все едино, В трюм валят золото, холсты, И льют награбленные вина В подтянутые животы. Гниющим трупом пахнет джонка, Прогорклым ладаном - шелка. Напившись, в драке, как ягненка. Заколют из-за пустяка. О, неба синего настой! Дуй, ветер, в парус! Всё к чертям! Но ради Девы Пресвятой Оставьте только море нам! 5Убьют беззлобно и проворно,Кто попадется - всех подряд.Веревкою затянут горло,Как на рангоуте канат.И дуют чистый спирт над трупом,За борт в беспамятстве летят,И, издеваясь друг над другом.Босой ногою шевелят.О, неба синего настой!Дуй, ветер, в парус! Всё к чертям!Но ради Девы ПресвятойОставьте только море нам! 6Перед лиловым горизонтом, Когда обледенеет снасть,При месяце, настолько тонком, Что и друг друга не узнать, Шныряют в океанской шири, Как волки, всем суля напасть, Поют, как мальчики в сортире, Чтобы от скуки не пропасть. О, неба синего настой! Дуй, ветер, в парус! Всё к чертям! Но ради девы Пресвятой Оставьте только море нам! 7Расположась в отбитых шлюпах, Жуют жратву без суеты, И кое-как на-чьих-то шлюхах Укладывают животы. Красив звериный их обычай! Под нежным ветром хлещут ром! Порой, мыча от страсти бычьей, Одну терзают всемером. О, неба синего настой! Дуй, ветер, в парус! Всё к чертям! Но ради Девы Пресвятой Оставьте только море нам! 8Когда в ногах довольно танца, А в брюхе прогорает спирт, Пусть солнце и луна не тмятся,Плевать! Любой по горло сыт. Их звезды светлые качают, Покой и музыку даря. И ветер в парусах крепчает, Неся в безвестные моря: О, неба синего настой! Дуй, ветер, в парус! Всё к чертям! Но ради Девы Пресвятой Оставьте только море нам! 9По вечерам, в апрельской сини,Когда беззвездно и темно,Медлительное море имиВдруг пресыщается само.И небо, то, что так любимо,Нахмуривается слегка.И ветры, словно клубы дыма,Натаскивают облака.О, неба синего настой!Дуй, ветер, в парус! Всё к чертям!Но ради Девы ПресвятойОставьте только море нам! 10И ветер утренний, играя, Их тихо смахивает в ночь, Лазурь вечерняя без края, Смеясь, не хочет им помочь. И чувствуют, как, их жалея, Волна еще щадит штурвал. Но к полночи рука борея Их убивает наповал. О, неба синего настой! Дуй, ветер, в парус! Всё к чертям! Но ради Девы Пресвятой Оставьте только море нам! 11Еще взнесет последним валомКорабль, еще один порыв,И там, в рассвете небывалом,Они увидят острый риф.И напоследок в шуме взводнейПослышится сквозь буйный шторм,Как на пороге преисподнейСпоет осатанелый хор.О, неба синего настой!Дуй, ветер, в парус! Всё к чертям!Но ради Девы ПресвятойОставьте только море нам! 1918 г.
Всеволод Рождественский
* * *
На палубе разбойничьего брига Лежал я, истомленный лихорадкой, И пить просил. А белокурый юнга, Швырнув недопитой бутылкой в чайку, Легко переступил через меня.Тяжелый полдень прожигал мне веки, Я жмурился от блеска желтых досок, Где быстро высыхала лужа крови, Которую мы не успели вымыть И отскоблить обломками ножа.Неповоротливый и сладко-липкий Язык заткнул меня, как пробка флягу, И тщетно я повил хоть каплю влаги, Хоть слабое дыхание бананов, Летящее с Проклятых островов.Вчера, как выволокли из каюты, Так и оставили лежать на баке, Гнилой сухарь сегодня бросил боцман И сам налил разбавленную виски В потрескавшуюся мою гортань.Измученный, я начинаю бредить, И снится мне, что снег идет в Бретани И Жан, постукивая деревяшкой, Плетется в старую каменоломню, А в церкви слепнет узкое окно. 1919 г.
Арсений Несмелов
ПИРАТЫ
Леониду ЕщинуЗорче слушай команду, Зарядив фальконет: Белокрылую «Ванду» Настигает корвет.Он подходит к добыче, Торопя абордаж, И на палубу кличет Капитан экипаж.Нет к былому возврата, К падшим милости нет, Но запомнит пирата Королевский корвет!Грозен в погребе порох,Дымно тлеет фитиль, -Бросит огненный ворох Золотистую пыль.И туда, где струится Дым зари в небеса –Обожженные птицы, Полетят паруса!Забывайтесь, проклятья! Шире зарься, рассвет! Мы погибнем, как братья, Королевский корвет.
Всеволод Рождественский
КОРСАР
В коридоре сторож с самострелом. Я в цепях корсара узнаю. На полу своей темницы мелом Начертил он узкую ладью.Стал в нее, о грозовом просторе, О холодных звездных небесах Долго думал, и пустое море Застонало в четырех стенах.Ярче расцветающего перца Абордажа праздничная страсть,Первая граната в самом сердце У него разорвалась.Вскрикнул он и, вытянулся. Тише Маятник в груди его стучит. Бьет закат, и пробегают мыши По диагонали серых плит.Все свершил он в мире небогатом, И идет душа его теперь Черным многопарусным фрегатом Через плотно запертую дверь. Между 1923 и 1926 гг.
Николай Рерих
Священные знаки
Мы не знаем. Но они знают.Камни знают. Даже знаютдеревья. И помнят.Помнят, кто назвал горыи реки.Кто сложил бывшиегорода. Кто имя далнезапамятным странам.Неведомые нам слова.Все они полны смысла … 1915 г.
