Фазу Алиева

Родине

Родина! Чтоб стать твоим солдатом,
Лет пяти-шести мне не хватило...
Но ты знаешь:
В дальнем Дагестане,
В наших горных ласточкиных гнёздах,
Я твоей горячей, неустанной
Маленькой помощницей была.
Я росла: из трепетной слезинки
Стала я горящей каплей гнева –
В море гнева твоего влилась,
А потом, от счастья разгораясь,
Я твоей зари – зари победной –
Стала крохотным живым лучом.
«Наши Харьков взяли!..»
«Киев взяли!..»
«Наши Минск вчера освободили!..» –
Сколько раз, взбегая торопливо
По горбатым улочкам аула,
Я от сакли к сакле разносила
Новую волнующую весть.
И меня, приветливо морщинясь,
Старики встречали на пороге
И за новость добрую «Спасибо» –
Как велит обычай – говорили,
Гладили меня по волосам,
А горянки плакали украдкой
И горячей вкусною картошкой
Торопились угостить меня.

Василий Гаазов

Кавказские Минеральные Воды

Земли родной благословенный край,
Ты средь степей лежишь, горами окружённый,
Неповторимый, дорогой и милый рай,
Из недр планеты магмою рождённый.

Энергия земли в тебе всегда кипит,
В глубинах воды минеральные рождая,
Бештау-исполин, как царь, стоит,
С пяти вершин на этот мир взирая.

Вокруг него застыли города.
Что существуют вот уже два века.
Курорты эти славные всегда
Лечили от болезней человека.

Земли родной благословенный край,
Ты средь степей лежишь, горами окружённый,
Неповторимый, дорогой и милый рай,
Из недр планеты магмою рождённый.

Василий Гаазов

Кавказ

Кавказ! Ты сердцу милый край.
Простор твой вольный с детства ощутил.
И всем скажу, что ты – природный рай,
А цепи гор навек я полюбил.

Кавказ! России южная граница,
Где сто народов, как семья живут.
Эльбрус заснеженный на солнышке искрится,
А реки с гор стремительно текут.

Ковёр твоих цветных просторов,
Шлейф ковыля седого на ветру
И тень лесов с мозаикой узоров
Откроют мне твою невинную красу.

Кавказ! Ты сердцу милый край.
Простор твой вольный с детства ощутил.
И всем скажу, что ты – природный рай,
А цепи гор навек я полюбил.

Константин Ходунков

Кавказ

Здравствуй, чудо земли,
Красота без прикрас,
Богатырь-исполин,
Легендарный Кавказ.
Шли татары ордой,
Шли заморские львы,
Только ты удалой
Не склонил головы.
Средь утёсов литых,
Средь лучей серебра
Пораскинулся ты
Самобранкой добра.
Сколько славных имён,
И грустя, и любя,
Как чарующий сон
Воспевали тебя.
Здесь могучий Шота
Мыслью в небо взлетел,
Грибоедов мечтал
Гордый Лермонтов пел,
Восхищались тобой
И твоей красотой
Чавчавадзе седой
И великий Толстой.
Твой задумчивый лес,
Твой загадочный лик,
Будто отблеск небес,
В мою душу проник.
Как святыня святынь,
Как бурящий поток,
Ты и Севера синь,
И пьянящий Восток,
Ты и отблеск дождя,
И легенда средь скал.
Кто не видел тебя –
Много тот потерял.

Вениамин Ащеулов

Тайга

Тайга угрюма и строга.
В тайгу –
Что к черту на рога.
Там нет проторенных дорог.
Там, что ни сук –
То чертов рог.
Что ни болото –
Чья-то пасть,
В которой
Дважды два пропасть.
Взреветь от страха –
Дважды два,
В тайге очутишься едва.
Там по ночам из темноты
Блеск чьих-то глаз
Увидишь ты.
Услышишь рык,
Услышишь плач…
И кто там – жертва?
Кто – палач…
В хребет клыки
Иль в бок рога?
Одно понятие –
Тайга!
Но ты в тайгу –
За шагом шаг –
Иди,
Забыв, что есть большак.
И под шатром
Ночной тайги
Костер до неба разожги.
И мрак таежный освети,
Чтоб дальше
Виделись пути.
Тайга поймет,
Что ты ей –
Свой,
Зажжет звезду над головой.
Во тьме трухлявые пеньки –
И те засветят огоньки.
И каждый сук –
Тот чертов рог –
Послужит
Вехою дорог.
Она твой мир
Наполнит гулом
И станет сердцу дорога.
Тайга –
Не место для прогулок,
Она для подвигов –
Тайга!

Вениамин Ащеулов

Степь

А степь – она действительно, как море:
На горизонте – дымки полоса.
Здесь, как и в море, полыхают зори
И слышатся далеко голоса.
Без удержу гуляет ветер вольный,
Плывут комбайны, будто корабли.
И синь колышут зыбистые волны
И тают где-то в маревой дали.
Здесь те же неуемные тревоги,
Когда во всю барометры юлят.
И тот же ритм – размеренный и строгий,
Когда хандрить прогнозы не велят.
И те же испытания и муки,
Когда свистит, как боцман, ураган.
И разве только меньше боль разлуки,
Что знают лишь морские берега.

Вениамин Ащеулов

Я родом из сибирской глубины

Я родом из сибирской глубины,
Что, как погода, склонна к перемене,
Где на сто верст окрест пекли блины
И всей округой стряпали пельмени.
Где, горяча распластанных коней,
Под свист разбушевавшейся метели
На тусклый свет обманчивых огней
Гульмя мои сородичи летели.
Где длинно выли волки по ночам
И где маралы о любви трубили.
И где ходила дрожь по кедрачам,
Когда сибиряки орехи били.
Из ермаковских кряжистых рубак
Не строил предок мой воздушных башен.
Он был дегтярь, охотник и рыбак,
Отменный гуртовщик и землепашец.
Всем существом безделья не любя
И презирая толстосумов сытых,
Бывало, бросит: «Язвило тебя!»
И поразит любого паразита!
Чтоб ярый нрав не вспыхнул, как пожар,
За ним следили власти глазом строгим,
И на прицеле гнев его держа,
По всей Сибири строили остроги.
Он за двоих сражался на войне
И на судьбу свою не обижался,
Наверно, потому, что в глубине
Он силою от ссыльных заряжался.
И самым сильным был его заряд –
К свободе необузданная тяга.
И над тайгой пылавшая заря
Ему не раз казалась ратным стягом.
Здесь и поныне в сердце берегут
Набатный гуд, когда тайга гудела,
Когда в чащобах русский и якут
Сражались насмерть за святое дело.
И эту память гордую храня,
Как и тогда, в года былые, рядом
Они в горниле дыма и огня
В бессмертье шли, ложась под Сталинградом.
Растет Сибирь сегодня ввысь и вширь,
По-богатырски расправляя плечи.
И если я произношу «Сибирь»,
Я чувствую, что сам я богатырь
И что бессмертьем в жизни обеспечен!